Банкротство в Республике Беларусь
Банкротство Банкротство, Санация, Ликвидация
 
Антикризисное управление
 Главная О проекте Опыт и анализ Законодательство Вопрос-ответ Контакты 
  Конфликты в хозяйственных обществах
Корпоративные конфликты происходят во всех странах, однако масштабы и способы их разрешения различны.
 

Лилия ВЛАСОВА,
председатель правления БелООЮХ, ООО "Власова, Михель и партнеры"


В "нормальную" модель рыночной экономики, как правило, встроены механизмы, позволяющие эффективно контролировать корпоративное управление. К таким механизмам относятся, в частности: сформированные товарные рынки, которые под угрозой экономической несостоятельности заставляют эффективно работать всех субъектов корпоративных отношений; финансовые рынки, где можно свободно купить или продать акции; наконец, зарубежные компании имеют философию управления, определяющую правила, обязательные для соблюдения акционерами и наемным персоналом.

Экономики всех постсоветских стран с их несовершенными рыночными системами сегодня переживают период акционерных войн, агрессивных поглощений, умышленных банкротств и силовых захватов предприятий.

Особые условия ведения хозяйственной деятельности в Беларуси, прежде всего доминирование государственной собственности и мораторий на движение акций предприятий, созданных в процессе приватизации, способствуют тому, что корпоративные конфликты здесь пока относительно редки. Однако говорить о спокойствии в корпоративной сфере не приходится — ситуация развивается по обычному для постсоветских стран сценарию, только с двух-трехлетним временным лагом. Уже сегодня белорусские хозяйственные суды вынуждены рассматривать многочисленные иски об исключении участников ООО, не желающих приводить учредительные документы в соответствие с Законом РБ "О хозяйственных обществах"; возрастает число конфликтов, вызванных борьбой за установление контроля над бизнесом или стремлением его ликвидировать.

Риск перерастания проблем, возникающих в процессе коммерческой деятельности, в конфликт, требующий судебного вмешательства, особенно велик в тех обществах, где учредительные документы были "сметаны на скорую руку" и потому в них отсутствуют правовые механизмы разрешения разногласий. Эти общества, к слову, наиболее доступны для недружественных поглощений.

Между тем законодательство позволяет выстроить достаточно эффективную модель отношений между партнерами, миноритарными и мажоритарными акционерами, между учредителями и наемным персоналом. В частности, многие конфликты удается погасить на стадии "возгорания", если акционер (участник) в случае принятия решения о выходе из бизнеса имеет возможность в короткий срок получить причитающиеся ему деньги или имущество по их рыночной стоимости.

Поиску путей решения указанных проблем был посвящен "круглый стол" "Разрешение конфликтов в хозяйственных обществах", проведенный 18 октября Белорусским общественным объединением юристов-хозяйственников в рамках проекта "Юридический пресс-клуб".



Несогласных просят на выход


Андрей ЕРШ,
ОДО "Юридическая фирма "ТРАСТ"


В обществах, выполняющих процедуру приведения своих документов в соответствие с новым законодательством, многие конфликты вызваны стремлением миноритарных или мажоритарных учредителей расширить свои права.

Белорусский закон о хозяйственных обществах, как известно, стал легкой мутацией аналогичного российского закона, достаточно подробно регламентировавшего, в частности, отношения между участниками общества. Приведение документов общества в соответствие с требованиями закона дает, с одной стороны, возможность значительно улучшить управление обществом, с другой — создает почву для конфликтов по поводу компетенции органов управления и порядка принятия ими решений.

Один из характерных примеров: ранее для изменения устава требовалось полное единогласие участников, теперь можно ограничиться 2/3 голосов, если иное не оговорено уставом. Мажоритарным акционерам обычно выгоден порядок, при котором они могли бы менять устав, не слишком заботясь о мнении миноритариев, последние же, естественно, стремятся не потерять рычагов управления обществом. В момент прохождения обществом процедуры перерегистрации миноритарные акционеры, голосуя против или вообще не принимая участия в голосовании, могут сделать перерегистрацию невозможной. Далее встает вопрос либо о ликвидации общества, либо о подаче в суд иска об исключении несогласных акционеров.

Какова правовая природа такого иска? Вряд ли это может быть иск о неисполнении акционером своих обязанностей. Согласно законодательству, основным правом акционера является его участие в управлении обществом. В связи с этим отказ участника от голосования, голосование против решений о внесении изменений в учредительные документы, вследствие чего обществу начинает грозить ликвидация, скорее может квалифицироваться как злоупотребление правом по управлению обществом. Замечу, что и суд при рассмотрении иска стремится прежде всего выяснить, злоупотреблял ли участник своим правом по управлению обществом, когда отказывался или, наоборот, требовал внести в устав те или иные изменения.

Хотелось бы отметить, что в обществах действует жесткое правило: мажоритарий всегда прав. Объединение пакетов позволяет принимать любые решения. Единственное, что могут противопоставить миноритарии такой политике, — увеличение количества голосов, требуемых для принятия решения о выкупе акций.



Нотариальный атавизм


Денис АЛЕЙНИКОВ,
старший партнер ООО "Юридическая группа "АргументЪ"


Внеся однажды вклад в уставный фонд общества и создав успешный бизнес, участник может рассчитывать не только на получение прибыли от его функционирования, но и на получение сверхприбыли от реализации своей доли.

Доля участника в экономически эффективном обществе становится одним из самых высокорентабельных коммерческих активов, пользующимся стабильным спросом на рынке. Поэтому "рынок долей" стремительно расширяется. Однако приход новых партнеров может не устраивать либо "старых" участников, либо само общество. В этом случае они стремятся всеми доступными способами, включая не очень законные, препятствовать совершению сделки купли-продажи доли.

Напомню, что, согласно ст. 98 и 99 Закона "О хозяйственных обществах", участники ООО и само общество пользуются преимущественным правом покупки доли (части доли) в уставном фонде. Продавец обязан направить участникам и обществу извещение о продаже доли, содержащее цену и иные условия сделки. И только получив их отказ, он может продать долю третьему лицу.

Фактически участнику, намеревающемуся продать долю, необходимо иметь доказательства соблюдения преимущественного права в формах, предусмотренных уставом. Но этих доказательств он может и не получить. Недобросовестный участник просто не даст ответа на предложение о покупке доли или, если уставом в качестве доказательства соблюдения преимущественного права покупки предусмотрено неполучение согласия в оговоренный срок (то есть бездействие участников), отказаться получать корреспонденцию. Сообщение отделения связи об отказе адресата от получения извещения не может расцениваться как надлежащее извещение участника общества, поскольку не достигается цель извещения — получение информации о цене и условиях сделки.

А раз нет доказательств соблюдения "прав на информацию", то становится невозможным нотариальное оформление сделки. К слову, в некоторых случаях помимо квитанции о вручении извещения нотариусы требуют представить еще и подписанный всеми участниками протокол общего собрания, содержащий условия предлагаемой сделки и отказ участников от совершения сделки на данных условиях. Позиция нотариусов вполне обоснованна, ведь почтовая квитанция не дает представления об условиях сделки. Но если кто-то отказывается получить извещение, то он тем более не поставит свою подпись под протоколом собрания.

Как видим, недобросовестный участник легко может заблокировать сделку по продаже доли в ООО. Один из вариантов правового решения проблемы, на наш взгляд, может быть следующим.

Статья 101 современной редакции Закона "О хозяйственных обществах" предусматривает, что "сделка по отчуждению доли (части доли) участника в уставном фонде ООО должна быть совершена в простой письменной форме... если требование о ее нотариальной форме не предусмотрено учредительными документами или соглашением сторон". Таким образом, нотариальная форма сделки купли-продажи доли (даже при наличии соответствующих рекомендаций Минюста) является не нормой, а скорее атавизмом.

Для профилактики проблем с реализаций права участника на продажу доли третьему лицу предпочтительно предусматривать в уставе простую письменную форму совершения сделки. Тогда при неполучении от участников (общества) отказа от преимущественного права покупки доли ее продавец может совершить требуемую сделку в простой письменной форме, минуя требования нотариусов о предоставлении доказательств соблюдения преимущественного права участников (общества).

Юридически такая сделка будет считаться совершенной с нарушением преимущественного права приобретения доли участниками (обществом). Однако в качестве правовых последствий такого нарушения законодательство не предусматривает ни ничтожность сделки, ни право участников (общества) обратиться в суд с иском о признании ее недействительной. Предусмотрено следующее: любой участник этого общества и (или) само общество вправе в течение 3 месяцев потребовать в судебном порядке перевода на них прав и обязанностей покупателя.

Таким образом, простая письменная форма сделки позволяет добросовестному участнику ООО, не имеющему возможности получить от иных участников необходимых доказательств соблюдения преимущественного права приобретения доли, перестать выступать в роли просителя, а совершить требуемую сделку в простой письменной форме и по истечении сокращенного срока исковой давности иметь юридически чистую сделку.



Все решает директор


Валерий ПАПАКУЛЬ,
ООО "Степановский, Папакуль и партнеры"


Традиционное распределение долей в обществах с двумя участниками у нас составляет 50 на 50. В такой ситуации разрешение конфликтов зависит от исполнительного органа, фактически директора, имеющего в обществе воистину царские полномочия.

Достаточно напомнить, что исполнительный орган (то есть директор) общества является и его уполномоченным органом, который по своему усмотрению формирует повестку дня, а поскольку собрание не вправе ни принимать решения по вопросам, не включенным в повестку дня, ни изменять ее, то это означает, что директор имеет фактически неограниченные возможности для манипуляций собранием. Директору не нравятся некоторые участники собрания? Почему бы тогда не назначить его где-нибудь на Шпицбергене или в гостинице "Оазис" в Арабских Эмиратах — ограничений по месту проведения собрания (например, по месту регистрации) законодатель не ввел. И пусть другие участники, узнав за 2 месяца о готовящемся собрании, еще попробуют на него попасть. А если и доберутся до Шпицбергена, то вполне могут увидеть в качестве председателя собрания все того же директора.

Теоретически директору, чтобы принять почти все решения в одиночку, достаточно реально провести собрание. Такая схема срабатывает, даже если директор имеет не 50%, а, допустим, 30-процентный пакет. Впрочем, достаточно власти и у директора с 1% акций или вовсе являющегося наемным работником.

Представим диаметрально противоположную ситуацию: второй учредитель провел собрание без директора (допустим, в соответствии с учредительными документами, созыв и ведение собрания входят в обязанности председателя собрания, а этим председателем избран второй учредитель), и ему даже удалось принять какие-то решения в своих интересах. Но ведь есть суд!

Напомню, что, согласно постановлению пленума ВХС, "Решение собрания участников (собрания акционеров) должно расцениваться хозяйственным судом как решение самого общества, а не как решение отдельных участников, поскольку оно отражает коллективную волю высшего органа управления общества. В связи с этим ответчиком по спорам о признании недействительным решения собрания участников должно выступать само юридическое лицо (общество, товарищество)".

А кто представляет интересы общества? Правильно, директор! Получается, в суде ему придется бороться против самого себя. Думаю, что дело будет сложным, но в итоге директору удастся добиться признания решения собрания недействительным.

Впрочем, возможность изрядно поднасолить партнеру имеет любой из двух участник общества. Даже доля в размере 1% позволяет шантажировать обладателя 99-процентной доли расторжением учредительного договора, что влечет ликвидацию общества. Это следует из положений законодательства и прямо прописано в постановлении пленума ВХС: "Учитывая, что учредительный договор является одним из видов гражданско-правового договора, в силу п. 2 ст. 420 ГК такой договор может быть расторгнут хозяйственным судом по иску одного из участников (нескольких участников), предъявленному к остальным участникам. Участник общества вправе самостоятельно выбрать способ защиты своих прав: либо посредством предъявления иска в хозяйственный суд о расторжении учредительного договора, либо реализуя принадлежащее ему право выхода из состава участников (ст. 93 ГК)".

Частично застраховаться от подобных проблем можно, создав в качестве коллегиального органа управления обществом правление. По крайней мере, это ограничивает "царские" единоличные полномочия директора.



Искусство бесспорного расставания


Василий ЕГОРОВ,
ООО "БелРосЮК"


Конфликты, возникающие между директорами и небольшими по составу участников обществами, порой трудноразрешимы как по причинам неготовности к ним учредителей, так и в силу особенностей действующего законодательства.

Допустим, участникам необходимо прекратить полномочия директора — участника общества. Законодатель не прописал данную процедуру, и если она не зафиксирована в учредительных документах (а предусмотрительность редко присуща участникам на стадии создания общества), то неминуемо возникают многочисленные проблемы и конфликты, связанные, в частности, с тем, что избрание директора происходит в соответствии с нормами закона о хозяйственных обществах, а прекращают полномочия, опираясь на нормы трудового законодательства.

Не проще обществу расстаться и с директором — наемным работником. Наскоро составленный контракт гарантированно приведет эту процедуру в судебное русло. Для профилактики конфликтов можно рекомендовать в контракте, заключаемом с директором, предусмотреть все условия, определенные законодательством при досрочном расторжении контракта по решению собственника. Совершенно необходим, к примеру, пункт о праве нанимателя досрочно расторгнуть контракт в случае отсутствия виновных действий директора с указанием суммы компенсации. В противном случае при досрочном прекращении трудовых отношений по решению собственника и отсутствии в контракте данного пункта суд безусловно восстановит уволенного на работе.

К сожалению, сами собственники крайне слабо защищены законом от противоправных действий наемного директора. Вот случай из нашей практики. Учредителями ООО было принято решение о прекращении полномочий директора, однако последний его не выполнил: не передал дела и должность новому директору, не провел инвентаризацию имущества общества и продолжал длительное время удерживать печать, первичные бухгалтерские и учредительные документы общества. Более того, директор совместно с бухгалтером похитил денежные средства общества и перевел почти все активы на другие предприятия.

Вернуть имущество удалось только в рамках возбужденного против бывшего директора уголовного производства, однако на это потребовалось более 2 лет. Сейчас общество находится в процедуре банкротства.

Очевидно, что должен существовать правовой механизм оперативного реагирования на подобные действия руководителей, позволяющий обществу при любых обстоятельствах сохранить возможность осуществления хозяйственной деятельности.



Выход с препятствиями


Юлия СТАШАНИНА,
ООО "Белсис"


Процедура выхода участника из общества достаточно четко регламентирована законодательством, но если одна из сторон не выполняет своих обязанностей, то понудить ее к этому сложно даже с помощью суда.

Согласно положению о государственной регистрации, утвержденному Декретом № 11, общество в случае выхода участника обязано в месячный срок внести изменения в свои учредительные документы. Причем данные изменения приобретают силу для третьих лиц только с момента их государственной регистрации. При отсутствии госрегистрации выбытия участника он фактически остается учредителем общества.

Случаи, когда общество не выполняет своих обязанностей перед бывшим участником, увы, не редкость. Ему приходится подавать в суд иск о понуждении к внесению изменений в учредительные документы. Поскольку факт выхода подтвердить несложно, такие иски судом в большинстве случаев удовлетворяются. Но даже имея на руках решение, добиться его исполнения бывает нелегко.

Ведь общество может проигнорировать и решение, на что судебный исполнитель прореагирует только составлением соответствующего акта с передачей его в суд. Понятно, что этот процесс (неисполнение решения — составление акта — новое неисполнение) может продолжаться сколь угодно долго.

Выход — предоставить право вносить изменения в регистр об исключении участника самому регистрирующему органу, то есть без подачи заявления со стороны общества. Для этого даже не требуется менять действующее законодательство. Достаточно просто принять решение о введении соответствующей процедуры.



Предупреждение корпоративных войн


Андрей ВАШКЕВИЧ,
юридическое бюро "Вашкевич, Сапего и партнеры"


Сама система правового регулирования деятельности хозяйственных обществ содержит в себе предпосылки конфликтов между участниками, что вполне закономерно, поскольку законодателю пришлось решать взаимоисключающие задачи.

С одной стороны, он должен был обеспечить устойчивость деятельности хозяйственных обществ, с другой — защитить интересы каждого из участников (акционеров).

При рассмотрении конкретных споров между участниками становится очевидно, что многие из конфликтных ситуаций можно было предупредить еще на этапе разработки учредительных документов. Однако именно на этом этапе обращение к юристам минимально и, как правило, выливается в заказ самых простых проформ документов и помощи в регистрации. Основной критерий выбора юридических услуг — чем дешевле, тем лучше.

Когда же возникает спор, обращаться для его урегулирования к учредительным документам, разработанным без квалифицированной юридической помощи, бесполезно.

Управление в хозяйственном обществе строится таким образом, что участник или группа участников (акционеров), обладающих большинством голосов, могут диктовать свою волю меньшинству. Для меньшинства остается единственная возможность защитить свои интересы: направить заявления о действительных или мнимых нарушениях в правоохранительные органы, органы государственного управления и т. д.

Альтернативой подобных споров является выход участника из общества. Нужно заметить, что для выхода из состава участников ООО (ОДО) законодательством установлена простая процедура: достаточно направить обществу соответствующее заявление. Однако участники редко используют эту возможность. Основная причина, на мой взгляд, состоит в том, что крайне трудно принять обоснованное решение об экономической эффективности подобного действия. Участник, как правило, не может определить подлежащую выплате сумму, так как не имеет ни специальных познаний, ни доступа к учетным документам общества.

По этой же причине в ряде случаев обжалуются судебные решения об исключении из состава участников. Участника, возможно, и удовлетворила бы причитающаяся сумма, но он ее не знает и, боясь вообще ничего не получить, загружает судебные инстанции жалобами.

Не менее важным моментом является неоправданно длительный срок выплаты. Согласно законодательству, выплата выходящему (исключаемому) участнику общества производится после утверждения годового финансового отчета в срок до 12 месяцев со дня подачи заявления о выходе или принятии решения об исключении, если иное не предусмотрено учредительными документами.

Очевидно, что 12 месяцев — слишком большой срок, особенно в условиях недоверия между участниками общества. Кроме того, законодательством не предусмотрены какие-либо меры обеспечения данной выплаты. Оставшиеся участники могут даже продать общество.

Данные проблемы давно известны юристам-практикам. В учредительных документах можно было бы предусмотреть обязанность общества в определенный срок сделать расчет суммы, причитающейся вышедшему участнику, уменьшить срок выплаты и т. д. Однако при создании обществ будущие участники редко обращают на это внимание.

Если в учредительных документах указанной обязанности нет, участникам рекомендуется до подачи заявления о выходе требовать предоставления баланса общества, а при необходимости — и проведения независимого аудита.

Представляется целесообразным, чтобы суды при принятии решений об исключении участников обязывали общество составить и передать участнику баланс на дату исключения, а также расчет причитающейся к выплате суммы.

В части сокращения срока выплаты законодательство, очевидно, также нуждается в корректировке.

Бесспорно, позитивной новацией стала норма о выкупе АО своих акций по требованию его акционеров. Однако процедуру выкупа нельзя назвать простой.

Во-первых, не определена цена выкупа. На основании нормы закона, сформулированной, нужно признать, не лучшим образом, а также исходя из аналогии права можно предполагать, что цена выкупа определяется так же, как сумма, подлежащая выплате участнику при выходе его из ООО (ОДО). То есть по чистым активам общества, приходящимся на 1 акцию.

Во-вторых, неясен иск, подаваемый к обществу. Установлено, что акционер, предъявивший требование о выкупе акций, вправе в судебном порядке обжаловать отказ АО от такого выкупа. А что делать, если общество просто не дает отказ либо направляет отписки с невнятным содержанием? Кроме того, ничто не мешает АО после получения судебного решения дать повторный отказ, придумав новые основания. Правда, теоретически возможно предъявление иска о понуждении к заключению договора купли-продажи акций, но и в этом случае дальнейшие споры не исключены.

Наиболее эффективным в подобной ситуации было бы, по-видимому, заявление иска именно о взыскании выкупной стоимости акций, так как по такому иску акционер сразу получает судебное решение о взыскании конкретной суммы, чем исключается ряд промежуточных исков.

Нельзя также не отметить, что в ст. 78 Закона РБ "О хозяйственных обществах" применена очень сложная конструкция для одного из случаев выкупа АО акций по требованию его акционеров. По моему мнению, речь идет о классическом способе перераспределения влияния в АО, когда принимается решение о дополнительном выпуске без дооценки ранее выпущенных акций.

Например, имеется АО с уставным фондом 1 млн. BYR, чистые активы которого составляют 2 млн. BYR. Уставный фонд разделен на 100 акций номинальной стоимостью 10.000 BYR. Таким образом, на 1 акцию приходится имущества на 20.000 BYR. Предположим, что в обществе 2 акционера, причем у одного 90 акций, у второго — 10. Первый акционер, обладая абсолютным большинством голосов, принимает решение о дополнительном выпуске 100 акций номинальной стоимостью по 10.000 BYR. Данные акции выкупает некое третье лицо.

На первый взгляд все нормально. Третье лицо приобрело именно то количество акций, за которое заплатило. Но экономически ситуация совсем другая. Уставный фонд стал 2 млн. BYR, чистые активы — 3 млн. BYR. На долю миноритария (10 акций) теперь приходится всего лишь 5% и 15.000 BYR чистых активов. 5% голосов и 5.000 BYR активов перешло иным акционерам, причем без согласия миноритария и без какой-либо компенсации.

В случаях, когда в результате дополнительного выпуска акций уменьшаются количество голосов и сумма, на которую акционер вправе претендовать при ликвидации общества, имеются основания для выкупа акций по требованию данного акционера. При условии, что он голосовал против или не голосовал за решение о дополнительном выпуске акций.

От урегулированности данных вопросов зависит инвестиционная привлекательность Беларуси в целом и каждого акционерного общества в отдельности. Представляется, что рассмотрение указанных проблем на уровне постановления пленума ВХС РБ могло значительно сократить количество споров данной категории.



"Белорусы и рынок", №41 от 29.10.2007


 
поиск по сайту
 
  Наш альянс:
 
 
Банкротство
Информационно-аналитический ресурс "Банкротство в Республике Беларусь"
(www.bankrot.by)
 
антикризисное управление
 
 


  торги
 

Архив объявлений о торгах


  вопрос
Кто вы?
 
 
  управляющий 804
  судья 228
  юрист 1027
  банкрот 453
  кредитор 624
© bankrot.by / Банкротство в Республике Беларусь
адрес: Республика Беларусь, 220012, г. Минск, а/я 1
тел.: +375 29 650-05-70, e-mail: gv@trust.by
Design by Normality studio