Банкротство в Республике Беларусь
Банкротство Банкротство, Санация, Ликвидация
 
Антикризисное управление
 Главная О проекте Опыт и анализ Законодательство Вопрос-ответ Контакты 
  О банкротстве начистоту
Времена нынче экономика переживает не лучшие. А потому все большую актуальность приобретают в нашей стране проблемы экономической несостоятельности (банкротства) в условиях экономического кризиса. Отсюда и значимость деятельности хозяйственных судов в сфере предупреждения экономической несостоятельности (банкротства) при рассмотрении дел данной категории. Именно этой теме и было посвящено заседание «круглого стола», которое состоялось в Хозяйственном суде Минской области. В нем участвовали не только руководители и судьи этого суда, но и представители Департамента по санации и банкротству Министерства экономики, комитета экономики Минского областного исполнительного комитета, Минского областного территориального отдела по санации и банкротству Минэкономики, Министерства по налогам и сборам Республики Беларусь, управляющие по делам о банкротстве, студенты юридических факультетов ряда вузов. Разговор состоялся очень содержательный и глубокий. Сегодня мы продолжаем разговор, начатый в прошлом номере.
 
Андрей БУТЬКО, судья Хозяйственного суда Минской области: На мой взгляд, не однозначна проблема подготовки заявлений о банкротстве антикризисным управляющим. Сегодня к управляющему обращается учредитель (или директор) и просит его подготовить такое заявления. В обмен обещает написать ходатайство, чтобы именно этот его помощник был назначен управляющим в деле о банкротстве. Документы готовятся качественно. Но затем следует стадия конкурсного производства, где управляющему надо давать оценку действиям тех же учредителей и руководителя должника, в том числе на предмет преднамеренного, ложного банкротства, доведения предприятия до банкротства. Я не хочу никого обвинять, но, по моему мнению, субъекту лучше обращаться в таких ситуациях к квалифицированному юристу, адвокату, другим лицам. До стадии принятия судом заявления о банкротстве управляющий, считаю, не должен контактировать с должником. В противном случае, он не даст объективную оценку действиям учредителя, директора предприятия по доведению его до банкротства. Хотя не спорю: в соответствии с законодательством должник может предложить свою кандидатуру для утверждения на должность управляющего. Идеальный вариант, когда такую кандидатуру предлагает департамент, иной государственный орган.

Александр ПЕДЬКО: Это больше вопросы морально-этические. Если управляющий обещает золотые горы должнику по списанию долгов, то, считаю, необходимо предпринимать контрмеры. У нас есть проблемные дела по списанию имущества, подтверждающие актуальность этой мысли.

В стране где-то полторы-две сотни управляющих. Но опытных, достаточно квалифицированных специалистов среди них, к сожалению, намного меньше. Поэтому и любой субъект — и кредитор, и должник — при инициировании вопроса о банкротстве изначально будет подбирать кандидатуру управляющего, проводить консультации и т.д. Какие-то межличностные отношения в любом случае обязательно будут присутствовать. Это во многом вопросы морали и этики управляющего. Более того, если кто-то пришел в юридическую фирму и ее представитель в ходе консультации выясняет, что этот человек просто пытается скрыть совершенное правонарушение, то сотрудник юрфирмы оказывается перед моральным выбором: сообщать об этом или нет в компетентные органы?

Неслучайно Российская Федерация отказала должнику в праве выдвигать свою кандидатуру на должность управляющего в деле о банкротстве, в связи с чем соответствующее изменение претерпел закон. Но является ли это надежной преградой для злоупотреблений, о которых мы говорим? В любом случае при решении проблем такого рода неформальные отношения будут присутствовать. Полностью исключить так называемый человеческий фактор мы никогда не сможем.

Эдуард МАКСИМОВИЧ: Пожелание должника и тех же кредиторов едино — чтобы назначаемый управляющий пользовался доверием. В том числе и суда, который его назначает. А это доверие формируется на основании опыта работы управляющего, завершенных им дел.

Александр МИРОНИЧЕНКО, директор Департамента по санации и банкротству Министерства экономики Беларуси: В настоящее время одной из главных проблем, связанных с проведением процедур банкротства субъектов хозяйствования в нашей стране, является затягивание срока ликвидационного производства. Эта проблема может повлиять на рейтинг Беларуси по показателю «закрытие бизнеса», рассчитываемому специалистами Всемирного банка.

Проведенный анализ выявил следующие основные причины данной ситуации: сложность передачи ограниченно оборотоспособного имущества, а также оставшегося после завершения ликвидационного производства имущества уполномоченным государственным органам; фактический запрет продажи дебиторской задолженности на торгах с понижением стоимости долга по сравнению с данными бухучета; отсутствие правоустанавливающих документов на недвижимое имущество; неурегулированность механизма списания неликвидного и выработавшего свой срок имущества при ликвидации предприятия; сокращенный срок действия оценки имущества в процедурах банкротства.

Учитывая, что эта проблема носит первоочередной характер, Минэкономики подготовлен проект указа. Он предусматривает в том числе передачу по фактическому состоянию отдельных видов имущества (жилье, социальные объекты, объекты жилищной инфраструктуры и т.д.), а также неликвидного имущества, находящегося на балансе ликвидируемого предприятия, в коммунальную собственность; определение условий списания неликвидного имущества; создание возможностей продажи дебиторской задолженности на торгах с дисконтом и списания неликвидной дебиторской задолженности; освобождение от налогообложения сделок по продаже имущественных комплексов ликвидируемых предприятий; вовлечение в хозяйственный оборот незарегистрированных объектов недвижимости ликвидируемых предприятий; установление действительности оценки стоимости имущества ликвидируемого предприятия в течение всего ликвидационного производства. Представляется, что в случае принятия данного законодательного акта значительно сократятся сроки ликвидации субъектов хозяйствования. Это будет способствовать повышению эффективности применения института экономической несостоятельности (банкротства) в нашей республике.

Вместе с тем почти 10-летняя практика процедур банкротства показала, что назрела необходимость совершенствования правового регулирования сферы экономической несостоятельности (банкротства) в целом. В связи с этим, а также в соответствии с утвержденным главой государства планом подготовки законопроектов на 2010 год предстоит разработка новой редакции Закона Республики Беларусь «Об экономической несостоятельности (банкротстве)». Законопроект разрабатывается межведомственной рабочей группой, состав которой утвержден решением Совета по координации деятельности комиссий по предупреждению экономической несостоятельности (банкротства). В состав рабочей группы входят в том числе представители Высшего Хозяйственного Суда и Национального центра правовых исследований и законодательства. Проект должен быть внесен в правительство в августе текущего года. Первоначальная редакция проекта разработана уже с учетом предложений и заинтересованных замечаний (их поступило более 200), а также с учетом анализа практики реализации норм действующего Закона «Об экономической несостоятельности (банкротстве)» (Закон о банкротстве. — Ред.) и проведения процедур банкротства различных категорий должников. Предполагается, что структура законопроекта не претерпит значительных изменений. Вместе с тем она будет более систематизированной и логически выстроенной.

В законопроекте будут содержаться концептуально новые подходы, изменяющие статус управляющего, требования, предъявляемые к его кандидатуре, порядок ее представления хозяйственному суду, а также условия подачи заявлений кредиторами. Совершенствующие порядок удовлетворения требований кредиторов, а также порядок формирования и ведения управляющим реестра требований кредиторов. Устанавливающие порядок продажи имущества должника, в том числе предприятия как имущественного комплекса. Уточняющие порядок проведения собрания кредиторов. Усиливающие контроль за отчуждением управляющим имущества конкурсной массы. Работа над законопроектом не означает лишь совершенствование только процессуальных норм. В нем сходятся проблемы законодательства, находящиеся на стыке различных отраслей права — гражданского, трудового, финансового и иных. Поэтому разработчики проекта открыты к диалогу со всеми, кто заинтересован в подготовке данного закона.

Ирина КРОПИВНИЦКАЯ, директор ООО «Антикризисные технологии»: Объясните мне, каким образом управляющий может вести работу, если невозможно получить согласия налоговой инспекции в письменном виде при реализации имущества?

Александр МИРОНИЧЕНКО: Обратитесь в Министерство по налогам и сборам.

Александр ПЕДЬКО: Любой чиновник боится ответственности. Вы и обоснуйте свои опасения и доводы в денежном выражении. Думаю, что конкретные выкладки заставят шевелиться и бюрократов.

Зачастую причиной затягивания работы по выявлению имущества должника также является ненадлежащее качество составляемых антикризисными управляющими запросов. Мы рекомендуем управляющим изначально просить соответствующие органы указать не только состав имущества, зарегистрированного за должником, но и информацию о движении и операциях, произведенных с имуществом за последние как минимум 3 года. Это позволит избежать повторных запросов.

Андрей КОЛЬЦОВ, судья Хозяйственного суда Минской области: Надо обратить пристальное внимание на проблему сложности истребования управляющими информации об имуществе у государственных органов, что влечет затягивание стадии выявления имущества должника. Предлагается урегулировать этот процесс посредством внесения изменений в статью 29 Закона Республики Беларусь «О государственной регистрации недвижимого имущества, прав на него и сделок с ним», предусматривающих право управляющих на получение информации о принадлежащих конкретному лицу правах на объекты недвижимого имущества.

Необходимо урегулировать вопросы передачи имущества в коммунальную собственность. В частности, предлагается внести в нормы Закона о банкротстве изменения, предусматривающие обязательную передачу имущества должника в коммунальную собственность при одновременном наличии следующих обстоятельств: сроки ликвидационного производства истекают, цена на имущество снижена управляющим на 10 %, кредиторы не согласны на еще большее снижение цены и отказываются от приобретения имущества.

Анатолий ГАРНОВСКИЙ: Судебная практика позволяет сегодня нам говорить о том, что положительные примеры санации проблемных предприятий единичны. Если эти вопросы решаются в Минской области, то в рамках Указа Президента «О некоторых вопросах экономической несостоятельности (банкротства)» — в стадии досудебного оздоровления. Наш суд в прошлом году рассмотрел 152 дела о банкротстве, и все они проходят с процедурой ликвидации. Проблем на этом этапе также возникает немало. Хотелось бы, чтобы мы в ходе обсуждения подробнее проанализировали практику осуществления ликвидационных мероприятий и возможные пути оптимизации данной процедуры.

Тамара БЕНЧУК, судья Хозяйственного суда Минской области: Во всем мире банкротство — это крах, это плохо. У нас же (а я это знаю по своей практике) с первых месяцев действия Закона о банкротстве со стороны даже руководителей фирм банкротство рассматривалось как возможность уйти от проблем, переложить их на плечи других, а именно кредиторов. Такая направленность, к сожалению, достаточно четко прослеживалась в вопросах на всех лекциях по данной тематике. Думается, что искаженное восприятие процедуры банкротства во многом способствовало тому, что у нас фактически не работает санация.

Проблемы, которые поднимаются сегодня на заседании «круглого стола», убеждают, что мы, к счастью, далеко ушли от такого меркантильного подхода, негативного восприятия процедуры банкротства. Тем не менее, и для управляющих, и для суда, и для должников остается актуальной проблема проведения данной процедуры в цивилизованных рамках, на основе действующего законодательства.

Эффективность стадии ликвидации обеспечивается тем, как сработал управляющий в защитном периоде и на стадии конкурсного производства. Невозможно успешно пройти стадию ликвидации, если управляющий начинает активную работу только тогда, когда принято решение о банкротстве предприятия. Да, неожиданности имеют место быть по каждому конкретному делу. Никто не может предугадать такую ситуацию, которая случилась по одному из дел, когда на стадии ликвидационного производства вынуждены были разрешать совсем уж неожиданные проблемы: объявился руководитель должника с документами, подтверждающими наличие дебиторской задолженности. Но все же упор должен делаться на стадии, предшествующей ликвидации. И на выявление имущества, его оценку, поиск возможных покупателей. В зависимости от того, как управляющие сработают с кредиторами в конкурсном производстве, во многом зависит спокойное прохождение стадии ликвидации, к которой все конфликты и разногласия уже должны быть разрешены, все точки над «i» — расставлены.

Огромное значение для успешной процедуры ликвидации имеет четкий и конкретный план ликвидации должника. К сожалению, как и отчеты управляющих, планы ликвидации грешат формализмом. Даже вопрос о вознаграждении за свой труд управляющие не всегда удосуживаются обговорить с кредиторами. А ведь план ликвидации утверждается кредиторами, и они, во-первых, вправе знать, во что им обойдется работа управляющего, а во-вторых, зная это, кредиторы будут гораздо рациональнее в своем поведении: конфликты и затягивание процедуры банкротства невыгодны прежде всего самим кредиторам.

Знаете, это очень действенный аргумент в практике банкротства. Поэтому детальный, исходящий из фактического положения дел именно на данном конкретном предприятии план ликвидации – это и залог успешной работы управляющего, и гарантия от излишне конфликтного кредитора.

Руслан ЕЛЕНСКИЙ, судья Хозяйственного суда Минской области: Я хочу коснуться отдельных примеров, которые возникали в практике хозяйственных судов при рассмотрении жалоб на действия управляющих относительно ведения реестра требований кредиторов. Вкратце озвучу некоторые примеры, типичные для деятельности всех управляющих, осуществляющих свои полномочия в процедурах по делам об экономической несостоятельности (банкротстве).

Сведения о кредиторах, участвующих в деле об экономической несостоятельности (банкротстве) должника, а также о размере их требований к должнику содержатся в специальном документе, предусмотренном Законом о банкротстве, — реестре требований кредиторов.

Реестр требований кредиторов — чрезвычайно важный элемент в системе правоотношений, возникающих во время реализации процедуры банкротства. Он предназначен, как мы знаем, для определения общего объема обязательств должника, очередности их удовлетворения, а также возможностей влияния отдельных кредиторов на ход производства по делу о банкротстве посредством установления количества голосов каждого кредитора для участия в заседаниях собрания (или комитета) кредиторов.

Требования к реестру кредиторов предусмотрены статьей 57 Закона о банкротстве. Согласно данной статье реестр требований ведет управляющий, что исходя из предписаний статьи 75 Закона является его обязанностью. В свою очередь, Закон о банкротстве для предоставления кредиторам равных правовых возможностей при реализации экономических интересов (в том числе, когда имущества должника недостаточно для справедливого его распределения между кредиторами) разделяет требования кредиторов по критерию очередности удовлетворения требований. От правильного ведения и составления реестра требований кредиторов зависит реализация экономических интересов кредиторов должника относительно получения удовлетворения своих требований.

Закон о банкротстве регламентирует порядок и сроки предъявления требований кредиторов, порядок и сроки рассмотрения управляющим данных требований, обязанность управляющего уведомлять кредиторов о включении требований в реестр и очередности их удовлетворения, выдвижение управляющим возражений по требованиям кредиторам. Однако Закон напрямую не регламентирует случаи и полномочия управляющего. Например, при ошибочном включении в реестр требований отдельных кредиторов порядок действий и сроки осуществления таких действий при наличии необходимости корректировки реестра требований кредиторов.

Закон о банкротстве гласит, что разногласия, возникающие между управляющим и кредиторами о размере и об очередности удовлетворения требований по платежным обязательствам рассматриваются хозяйственным судом в порядке, установленном настоящим Законом (статья 57). Так, управляющим в реестр требований кредиторов включены требования банка на сумму 260 530,9 доллара и 9 920 000 рублей как к поручителю на основании пунктов 1.1, 5.2 договора залога от 24.05.2004, заключенного должником и банком в обеспечение кредитного договора № 04-11/60-2003 от 24.12.2003, заключенного банком и одним из предприятий. При этом сама редакция договора залога не содержала конкретные условия о поручительстве. На данном основании управляющим в дальнейшем были исключены из реестра требований кредиторов требования банка. Определением хозяйственного суда области оставлена без удовлетворения жалоба банка о признании незаконными действий управляющего об исключении банка из реестра кредиторов и восстановлении банка в статусе конкурсного кредитора. Постановлением апелляционной инстанции хозяйственного суда области определение суда первой инстанции оставлено без изменения.

Банк подал кассационную жалобу, указав, что управляющий не наделен полномочиями по исключению требований кредиторов из реестра требований кредиторов, в связи с чем суды первой и апелляционной инстанций неправильно применили нормы материального права. Кассационная коллегия указала, что судебные инстанции правомерно пришли к выводу, что управляющим без достаточных правовых оснований признаны требования банка. В реестр требований кредиторов неправомерно включены требования банка как к поручителю на основании отдельных пунктов договора залога, заключенного должником и банком в обеспечение кредитного договора, заключенного банком и данным предприятием.

Одновременно кассационная коллегия отметила, что действительно законодательством о банкротстве не установлена процедура, предусматривающая исключение кредитора из реестра требований кредиторов. Вместе с тем законодательство о банкротстве предусматривает возможность обжалования действий управляющего по делу о банкротстве, и судебные инстанции правомерно оценивали законность действий управляющего как по включению в реестр требований, так и по исключению из реестра, исходя из требований материального права. Применив статью 401 Гражданского кодекса Беларуси, судебные инстанции пришли к обоснованному и правомерному выводу о том, что пункты договора залога не содержат условий, характерных для договора поручительства, а заключенный договор залога является только договором залога.

В данном случае буквальное толкование условий договора залога от 24.12.2003, и в частности пунктов 1.1 и 5.2 договора, не позволяет сделать вывод о включении в данный договор условий договора поручительства. При этом условия пункта 5.2 договора залога соответствуют положениям пункта 5 статьи 331 ГК, регулирующим отношения по залогу, а не поручительству.

При таких обстоятельствах в отсутствие денежного обязательства по уплате долга за получателя кредита управляющий неправомерно включил требование банка в реестр требований кредиторов и исправил свою ошибку, исключив эти требования из реестра.

Этот пример касается полномочий управляющего в случае обнаружения им допущенных ошибок, при принятии требований кредиторов и составлении реестра требований кредиторов. Определенный интерес с практической точки зрения вызывают и правоотношения, связанные залогом имущества должника. Как мы знаем, требования кредиторов по обязательствам, обеспеченным залогом имущества должника, удовлетворяются в четвертую очередь. Хотя названные требования и вытекают из гражданских правоотношений, Закон предоставляет определенную привилегию кредиторам, чьи требования обеспечены залогом имущества должника, получить удовлетворение своих требований в «льготную» четвертую очередь (что дает преимущество по отношению к кредиторам пятой очереди). Тем не менее не во всех случаях управляющие внимательно относятся к составлению реестра требований кредиторов и удовлетворению их требований.

Еще пример. Один из банков обратился к управляющему должника — конкретного общества — с требованием кредитора в размере 467 591,09 доллара. В обоснование своего требования к должнику банк указал, что с момента открытия конкурсного производства в отношении залогодателя у залогодержателя имеются правовые основания для внесения требований в реестр требований кредиторов должника и право на удовлетворение этих требований.

Данное требование было признано управляющим как требование кредитора, обеспеченное залогом имущества должника, и включено в четвертую очередь реестра требований кредиторов общества. В процедуре ликвидационного производства за счет денежных средств должника требование банка было удовлетворено в полном объеме. Тем не менее после замены управляющего по делу о банкротстве вновь назначенный управляющий при принятии дел и изучении реестра требований кредиторов установил, что между должником и банком был заключен договор об ипотеке, согласно которому должник в обеспечение исполнения обязательства третьего лица — еще одного общества как кредитополучателя по кредитному договору — заложил банку административное здание общей площадью 564,9 квадратных метра, расположенное в Минске.

Новый управляющий подал жалобу на необоснованные действия своего предшественника в части включения требований банка в реестр требований кредиторов и последующего погашения данного требования. Хозяйственный суд первой инстанции удовлетворил жалобу нового управляющего. Он исходил из того, что банк не являлся кредитором должника и, соответственно, его требования в размере 467 591,09 доллара не подлежали включению в реестр требований кредиторов.

В данном случае залог имущества должника являлся лишь средством обеспечения обязательства третьего лица и как самостоятельный вид гражданско-правовых отношений сам по себе не порождал каких-либо финансовых обязательств должника, обеспеченных залогом его же имущества, перед банком. Следовательно, у должника отсутствовала сама задолженность перед кредитором. Кроме того, как было установлено материалами дела, банк не взыскивал задолженность по кредиту с третьего лица, а доказательства невозможности погашения кредита самим кредитополучателем банком не представлены. Все судебные инстанции при рассмотрении оставили в силе это решение.

В практике имеют место вопросы относительно включения требований кредиторов, основанных на договоре купли-продажи, в четвертую группу очередности. Так, кредитор обратился к управляющему с просьбой включить его требования, вытекающие из договора купли-продажи, в реестр требований кредиторов в четвертую очередь. Управляющий отказал, включив его в реестр требований кредиторов пятой очереди. Кредитор не согласился с действиями управляющего, подал заявление в хозяйственный суд о признании его требований с включением в реестр требований в четвертую очередь. При этом указал о наличии отношений по залогу в силу положений закона.

Хозяйственный суд отказал кредитору о признании его требований с включением в реестр требований в четвертую очередь, указав в судебном постановлении, что исходя из условий договора, существа возникших между сторонами отношений экономические отношения между кредитором и должником по поставке товара не были обеспечены залогом. Условие о сроках платежа соответствует положениям статьи 486 ГК и не свидетельствует о возникновении отношений по продаже товара в кредит, поскольку сущность кредита заключается в предоставлении ссуды (в денежной или товарной форме) на условиях возвратности и, как правило, с уплатой процента и выражает отношения кредитора и заемщика. В данном случае между кредитором и должником возникли отношения по поставке товара, при этом договор не предусматривал такой способ обеспечения исполнения обязательства, как залог. Вышестоящие инстанции оставили в силе постановление суда первой инстанции.

В заключение хочу отметить, что ответственный подход управляющего по установлению кредиторов должника, к подготовке обоснованных возражений по требованиям кредиторов, должное исполнение им своей обязанности по составлению и ведению реестра кредиторов, осуществлению иных полномочий в производстве по делу о банкротстве также направлены и на соблюдение принципов удовлетворения требований кредиторов. Это запрет на индивидуальное удовлетворение требований кредиторов, удовлетворение требований кредиторов в порядке строгой очередности, удовлетворение требований каждой очереди после полного удовлетворения требований кредиторов предыдущей очереди, удовлетворение требований кредиторов при недостаточности имущества должника для погашения требований кредиторов одной очереди пропорционально суммам их требований.

Анатолий ГАРНОВСКИЙ: За три часа активной работы мы многие проблемы затронули, многие вопросы осветили. Разговор состоялся очень полезный. На целый ряд поднятых вопросов, считаю, следует обратить самое пристальное внимание. Мы проанализируем и обобщим поступившие предложения и направим их в Высший Хозяйственный Суд. Надеюсь, что и там они не останутся без внимания, будут учтены при подготовке новых законопроектов.



Леонид ЮНЧИК, «ЮГ»


"Республика", №75 от 27.04.2010


 
поиск по сайту
 
  Наш альянс:
 
 
Банкротство
Информационно-аналитический ресурс "Банкротство в Республике Беларусь"
(www.bankrot.by)
 
антикризисное управление
 
 


  торги
 

Архив объявлений о торгах


  вопрос
Кто вы?
 
 
  управляющий 823
  судья 228
  юрист 1032
  банкрот 464
  кредитор 637
© bankrot.by / Банкротство в Республике Беларусь
адрес: Республика Беларусь, 220012, г. Минск, а/я 1
тел.: +375 29 650-05-70, e-mail: gv@trust.by
Design by Normality studio