Банкротство в Республике Беларусь
Банкротство Банкротство, Санация, Ликвидация
 
Антикризисное управление
 Главная О проекте Опыт и анализ Законодательство Вопрос-ответ Контакты 
  2010. На поле экономических ошибок
Кризис — отправная точка выяснения верности и истинности наших знаний в области экономической теории. Той теории, которая прячется где-то в местах не столь отдаленных. Что следует знать деловому сообществу страны в наступающем году? Какие истины экономической теории «достанут» нас в контексте собственного настоящего и будущего?
 
Во времена КПСС секретари обкомов уважали, а подчас и побаивались ученых, специалистов в области экономической теории. Было это не просто заметно, а выпячивалось, подчеркивалось. Да, учение Маркса, теория руководила партией и нами. Вроде бы на словах, а на деле экономисты-теоретики были «в законе».

Страны СНГ «подсели» в теории. Поплыли теоретически. Суетой вокруг экономики и вне ее стали «эксперты» в области бухгалтерских расчетов, налогов. Как проезжаю мимо налоговой инспекции по улице Седых, то поражаюсь, сколько сил и времени теряют эти «отчетники» в дорогих машинах. Они забили своими автомобилями все вокруг бывшего детского сада, многочисленные инспекторы курят на ступеньках. Суета сует, и экономическая «реникса».

Докатились мы до этого. Собственной теоретической безграмотностью, воспитанной плохой учебой в университетах, задавленностью профессуры, которая стала бояться не только начальников, но и собственного отражения на страницах журналов. Диффузия экономической науки оказалась опасной в Беларуси. К ней примкнули бывшие математики и физики (хотя какие они бывшие?), экономическая теория стала терпеть выходки пришельцев из других областей знания. Некоторые профессора традиционной московской или ленинградской школы в шоке. Они вынуждены работать по таким учебным программам, что это стимулирует разве что активную идиосинкразию к программам и местным учебникам. Кстати, одобренными чиновниками. «Наука с одобрения» — вот уж неприемлемое наказание для Канта или Гегеля! А для наших — сойдет.

И за незнание экономической теории придется платить. Дорого и жестко.


УРОКИ ПЛОХОЙ ЭКОНОМИЧЕСКОЙ ТЕОРИИ

Болезнь оказалась тяжелой, повсеместной. Эпидемией квазинауки. Находясь в транзитивном состоянии, страны СНГ затухли в контексте экономической теории. Более того, возникла уверенность, что никакая теория не нужна ни Ющенко, ни Медведеву, ни Назарбаеву. Политиков захлестнул методологический постмодерн. Что хочу, то и ворочу. Придумываю и называю этот подход собственной экономической моделью. То инновационный подход, то азиатский барс. Смысл по форме разный, по сути — одни химеры.

И начинать надо с простого. И важного. С того, что развалило все постсоветское пространство. С теории стоимости. И цены.

Взять надо по степени значимости цены на газ. Строго говоря — тарифы на газ, хотя начинать надо с цены. Теоретически и практически. Именно они (цены и тарифы) и развалили возможную интеграцию на постсоветском пространстве. Элиты, контролирующие добычу и продажи в России газа и нефти, подавили политиков. Страсть к наживе, когда газ обходится в 15 долл. за 1000 м3, а продается по 300 USD (вариант для Украины 2010 г.), дает возможность извлекать супердоходы. Для корпоративной группировки Газпрома и «социально близких».

И это есть цена потери Украины. Цена экономического эгоизма и нарушения основ теории цены производства и теории стоимости. Включая и известную всем теорию трудовой стоимости Карла Маркса. Той теории, которая излагалась всеми президентами СНГ на экзаменах по политической экономии.

И начинать надо с нарушения основ экономической теории. Цена 1000 м3 газа в Алжире — 15 долл. Ровно столько было в России в 2004 г., когда сбалансированность мировой и региональной экономики сомнений не вызывала. Если С + V = 15 USD, то легко можно вычислить и цену производства: P p= C + V + P. При том, что Р  берется как средняя прибыль, равновеликая на разный капитал. При норме прибыли в 15% мы можем в соответствие с трудовой теорией Маркса рассчитать цену газа в России. Она равняется: 15 + (15 * 15/100) = 15 + 2,25  = 17,25. Что и есть цена производства отрасли.

Прокачку? Считайте отдельно. По 1 доллару на 100 километров. Добавим 25 или даже 30 долларов. Получим 47,25 $. Вам эта цифра ничего не напоминает?

Мне напоминает условия покупки газа до начала усиления русского экономического эгоизма. Так и было. Но это — в прошлом. Газпром стал выстраивать свои собственные интересы. Зарплата рабочих — в 3-4 раза выше. Доходы высших управляющих — под 5 млн долл. годовых. (Обратите внимание: все русские чиновники и менеджеры упражняются в расчетах своей «цены рабочей силы» исключительно в американских долларах.)

Увеличим издержки в 6 раз. Тогда C + V= 90 долл. Это и будет монополистическая цена Газпрома в своей собственной стране. Добавим транзитные тарифы — 120 долларов. Это уже близко к нашим тарифам. А все 300 долл. для Украины? 18-кратное увеличение издержек и, соответственно, тарифов. Супермонополистическая интрига.

Именно жаждой высоких доходов от продажи по монопольно высокой цене газа и объясняется развал СНГ. Развал, который осуществила энергетическая группировка российской корпоративной элиты. Во имя высоких и сверхвысоких доходов группы собственников и высших управляющих.

И, кстати, кризис реально должен изменить ситуацию. Он начал ее менять, когда «вдруг» оказалось, что газа стали покупать меньше. И Украина, и Беларусь. И иные потребители.

Сомневаетесь? Правильно! Особенно невероятным кажется, что при снижении ВВП в стране на 1% потребители газа (частные и государственные) отреагировали снижением его покупок на 25%. Точнее — на 25,2%. Этот феноменальный результат никем не просчитывался. Особенно правительством и официальными государственными структурами. Более того, данные элементарно замалчиваются при оценке основных итогов 2009 г.

Ни президенты-юристы, ни премьеры российские никогда не рассуждали серьезно о ценах на газ. Они считали, что высокими тарифами можно давить, подчинять, ставить на колени соседние страны. Российские экономисты молчали, либо что-то бубнили о рыночных ценах и тарифах. Их коллеги из Всемирного Банка и иных институтов призывали к повышению тарифов на газ до уровня неких мировых. Посмотрели бы на показатели Алжира. Разобрались бы.

Нет, самые сильные и острые вопросы — цены на товары региональной и мировой экономики. Россияне своими монопольными ценами, которые противоречили закону стоимости, настроили против себя всех бывших партнеров по СССР. Заставили Украину уходить в западном направлении. Сделали из Грузии врага, странным образом давят на Беларусь.

Теперь к концу 2009 г. разговорились управляющие Газпрома. Они стали обращаться к энергетической теории стоимости, которая возникла еще в XIX в. И суть ее сводится к тому, что каждый товар имеет свое энергетическое внутреннее содержание. Весь товар — его энергетическая субстанция. Цена товара — энергетическая его стоимость. Каждый из товаров можно представить в виде энергетических затрат. Потом по разности этих энергозатрат и выстроим ценовые матрицы.

Удивляться тому, что Миллер не знает истории экономических учений, не надо. То, что он стал говорить о соизмерении цены на газ с аналогичными ценами на иные виды топлива, свидетельствует о том, что среди молодежи, принятой на работу в Газпром, есть и выпускники экономического факультета МГУ, которым профессор Ю.Осипов или профессор Колесов в нужное время и на обязательных лекциях об этом рассказывали. Что и отразилось лишь к концу 2009 г. в мировоззрении некоторых богатых на доходы (но не на знания) управленцев Газпрома.

Искать энергетическую субстанцию в цене на газ можно. Для технических, техноэкономических расчетов. Но не для экономических расчетов, не для верификации разделов экономической теории на тех или иных сегментах внутреннего и внешнего рынков товаров. В том числе и энергетических товаров, которые в своей фундаментальной сущности ничем не отличаются от других товаров.

Нелепости воспроизведения теории, непонимание сути экономической теории стало визитной карточкой политиков СНГ. Особенно российских политиков. Чему удивляться, что юрист Путин стал говорить о выгодности экспорта сырой нефти? Нет большей прибыльности этого процесса (по сравнению с переработкой нефти). Кто-то услужливо ему это «впендюрил». За что следовало бы шугануть такого теоретика-практика из кремлевских кабинетов.

Выгодно продавать сырой продукт — сказали бы это Менделееву? Как он бы возгордился таким государственным мужам России! Но говорить так может в XXI в. российский премьер. И сам удивляется своим словам. Если выгодно продавать сырье, то сами в стране сырье и потребляйте. Выгодно же! И никому невдомек, что норма прибыли в переработке нефти была и есть 29%. И вчера, и 20 лет тому назад. А сейчас = 0? Получается, что так. Произведенные в России нефтепродукты оказываются дешевле сырой нефти?

Вот незадача для премьера. Как трудно стало после ухода Андрея Илларионова с должности президентского советника по экономическим вопросам...


БЕЛОРУССКИЙ УДАР ПО ЦЕНАМ

Учил же сам сначала студентов, а потом и преподавателей. Среди которых были и преподаватели, обучавшие и президента, и премьера нашей страны. Учил простым вещам, среди которых были и оценки ценовой динамики кризисных процессов. Тому, что никакой выход из кризиса не может быть объективно здоровым, если не модифицируется ценовая матрица. Если цены снижаются и по всему товарному рынку, и по сегментам, то это и есть позитивная часть кризисных процессов.

Есть кризис — есть и падение цен. Именно падение. А у нас — рост цен, который в соответствии с периодами (аналогичными) прошлого года составляет 13,6%. Не при расчете к декабрю, что удобно для многих практиков. А нормальный ценовой тренд, соотнесение периодов. Цепные индексы. Выгнали они нас под все 14%. Объективно довел до этого уровня. Хотя к декабрю цены ушли примерно на 8-9%. По итогам года пересчитаем более точно. Пока видим тождество с российскими показателями.

Это — практика «вещь для других». На самом деле для всех, кроме белорусов, товары, произведенные в стране, стали на 32,5% дешевле. Это и есть реальная выгода кризиса для тех, кто живет в рыночной экономике и за пределами Беларуси. Такова рыночная данность. С другой стороны, статистические службы страны сообщили, что импортные товары для нас стали дешевле на 22,8%.

Интересно, а кто это заметил? Или виновата девальвация? Или еще кто-то другой? А может, виноват сам его Величество «Закон стоимости»? Задача для членов правительства. Но они о ней не знают, или знать не хотят?

Будем внимательны к самим себе. Во-первых, цены внешние на товары Беларуси явно свидетельствуют о том, что кризис у нас состоялся. Он нас накрыл. Внешней экономикой.

Во-вторых, процесс был настолько объективным, что никто ничем не мог заслониться. Пример — калийные удобрения. В 2008 г. их продавали по $887, а в 2009-м — по 828 долл. за тонну. Скорее всего, равновесная внешняя цена была в 2007 г., когда цена тонны калия достигла 301 долл. Обратите внимание, какая точность. Именно 301 долл., а не просто 300. И от этой цифры надо отталкиваться.

А нас понесло прямо на 1 000 «баксов». Для ускорения мирового финансового кризиса, к которому мы своими усилиями на ниве цен калия руку приложили. Даже две руки. Иностранные потребители белорусских трейдеров не поняли. Купили в 2009 г. по монополистическим ценам калийных удобрений из Беларуси всего 39% от уровня 2008 г.

А что мы — крутые трейдеры? Обратились к ИП с предложением продавать склады калия? Покрутились, пошатались и заключили потом соглашения с китайцами, где цифры ближе к 300 долл., нежели к 800.

Умыла-таки нас теория стоимости. Сколько ходоков чиновников объясняли президенту и премьеру, как выгодно они будут продавать калий на мировых рынках. Чего только не «впендюривали»... Какие картины будущего не рисовали...

Но теория стоимости неумолима. В кризис цена падает, а не растет. Теоретически и практически. Единственный товар во время кризиса, стоимость которого может расти, — золото. Оно — главный стержень рыночных цен. Главный регулятор. Ни ФРС, ни МВФ не сделают того, что делает всеобщий эквивалент. И это — третий момент в уроках теории стоимости для отдельно и не отдельно взятых политиков и чиновников.

Итак — к сведению. Продавать во время кризиса калийные удобрения по 1 000 -800 долл. сможет только Дед Мороз. И только для избранных клиентов. Надо уметь так проводить экономическую политику, чтобы товары твоей страны иностранцы покупали на 1/3 дешевле. Им такая материальная помощь оказалась кстати.

Аналогично и по другим товарам. Кто знает, что в 2009 г. мы стали продавать иностранцам азотные удобрения в 3 раза дешевле, нефтепродукты — в 2 раза, тракторы на 33% дешевле? А другие, питательные и близкие всем нам, товары из обычного ассортимента?

Вот цифры для вкусной и здоровой экономики. Мясо для иностранцев стало на 23% дешевле, молоко — на 34,1%. Где это мясо и молоко для наших столов? Скажете, девальвация съела? Ну и что? А зачем девальвацию делали? Можно было и построже обойтись со своими двоечниками в области экономической теории.

Что получается? Кризис благотворно сказался на тех, кто не живет в Беларуси, но покупает товары отечественного производства. На наших иммигрантах, ностальгически кушающих мясо и пьющих молоко, произведенное в Синеокой? Наши трактора, холодильники стали на 25% дешевле за рубежом, лесоматериалы — на 44%. Но — за пределами Беларуси.

Для самих жителей — на 14% дороже. Все и сразу. Прошелся кризис. Подтвердил революционную теорию Карла Маркса? Нет, скорее, подтвердил необразованность и незнание экономической теории нашими полисимейкерами.

А кризис состоялся. В полном великолепии. С исключительно важными результатами. И это — не последствия мирового финансового кризиса. Списать на некие дальние и враждебные финансовые силы можно. Только для тех, кто оставил учебу после 8-го класса общеобразовательной школы. Они поверят в «дальних врагов с курносыми профилями».

Незнание экономической теории не освобождает от ответственности. За все происходящее. Мы по существу в январе 2009 г. могли «сжать» производство. Не тратить, а беречь деньги для закупок по импорту. Благо что он стал на 23% дешевле. И меньше потреблять, тратить. Есть ли примеры такого поведения?

Есть. В самом важном моменте — газовый импорт. Как сильно сработало то, что не укладывалось в цифры официального прогноза. На 1% снизили ВВП, а покупку газа уменьшили на 25%. Именно такая экономия и должна была работать по всей стране. Не надо бояться падения на 20-25%. Такое снижение — благо. Начало реструктуризации, реальной адаптации к вызовам мировой и региональной экономики.

Это — как в школе. С «пятерки» «съехал» на «четверку». Потерял 25% своей оценки. Но страшного ничего не случилось. Есть время для исправления ошибок. Повышения успеваемости в школе экономической теории. И именно с экономической теории и надо начинать выход из кризиса. Того кризиса, который связан не с производством. А со знанием того, что, и как, и для кого производить.



Специально для газеты "Антикризисное управление"
Леонид Заико, научный обозреватель


Газета "Антикризисное управление", №1(19) за январь 2010 года


 
поиск по сайту
 
  Наш альянс:
 
 
Банкротство
Информационно-аналитический ресурс "Банкротство в Республике Беларусь"
(www.bankrot.by)
 
антикризисное управление
 
 


  торги
 

Архив объявлений о торгах


  вопрос
Кто вы?
 
 
  управляющий 823
  судья 228
  юрист 1032
  банкрот 464
  кредитор 637
© bankrot.by / Банкротство в Республике Беларусь
адрес: Республика Беларусь, 220012, г. Минск, а/я 1
тел.: +375 29 650-05-70, e-mail: gv@trust.by
Design by Normality studio